Вчера.
Трое ребят лет пяти-шести подлетают с расспросами, зачем я снимаю. Отвечаю, что для музея, показываю на экранчике, рассказываю, что это называется «наличники». Девочка тут же бежит рассказывать новое слово бабушке (я её не заметитил, она вяжет на лавочке за кустом астильбы), та, останавливается, проговаривает чётко «тридцать восемь» и устало отвечает: «Знаю, Верочка, знаю, я слышу. Смотрю за вами, не уходи далеко. Чтоб я тебя видела!»
Мальчишки тем временем рассказывают о том, кто в каком музее был. Один — где чучела и ещё деревянный корабль, другой — где самовары, зато уже сто раз. Верочке мальчишки сказать ничего не дают: перекрикивают один другого. Ещё через минуту двоим уже не интересно про музеи и они идут заниматься своими делами. Я прощаюсь, иду к следующему дому, но третий вдруг следует за мной и так тихонько вдруг спрашивает: «А ты людей можешь снимать?»
— Ну, конечно! — говорю. — А за сколько?
Я делаю вид, что не понял, отвечаю:
— Да за одну секунду: чик и снял!
Он задумывается, уточняет:
— Нет… за сколько денег?
— Да бесплатно! — смеюсь, уже догадываясь, о чём речь.
— Тогда сфоткай меня, пожалуйста?
— Ну давай.
Он отбегает шагов на десять к кусту цветущей вишни, становится в позу «солнце на ладошке» (одна рука на поясе, другая — в сторону, ладонью вверх). Я снимаю, смеюсь, спрашиваю:
— А для чего тебе эта фотография-то?
Мальчишка возвращается и тихонько так отвечает:
— Я в музей потом буду ходить. Любоваться.
____________

Это тоже вчера.
…Сети нет, какая-то деревня, домов тридцать, вытянулись вдоль грунтовки. Я отснял половину, ни одной живой души не встретил, хотя середина воскресенье и даже дачники должны быть тут. Задерживаюсь у пустого дома — стёкол нет, крыша провалена, но один наличник на месте. Фотографирую. Краем глаза замечаю движение, оборачиваюсь: женщина посреди дороги в чём-то длинном сером вязаном (не то свитере не то платье) почти до пят, смотрит с укоризной:
— И зачем рухлядь снимаешь?
— Для красоты! — рапортую бодро и собираюсь отправляться дальше.
— И не надо тут ничего снимать! — Повышает она голос. — Это почему? — пытаюсь нащупать я её тему.
— Это потому! — передразнивает она, — Я так сказала. Ты… такие как ты, снимаешь тут, потом выкладывают в этот ваш интернет. И все узнают про нашу деревню, и потом приезжают бездельники и дома грабят! Вали давай, пока тебе колёса не проткнули.
— А это уже между прочим преступление. Наказуемое. — Зачем-то говорю я, хотя уже понятно, что можно ничего не говорить.
Женщину мои слова только заводят.
— И что ты? Полицию вызовешь? Вызывай! Я сама сейчас позвоню, скажу, что ты на меня напал. Она разворачивается, идёт к дому напротив, потом оборачивается,
— И что ты вообще тут делаешь, когда все мужики на войну ушли?
______________

Два анонса, как обещал.
1. 20-21 мая вместе с Глухомань.Го едем в Рязань. Там, причём, не только Рязань: прогуляемся по деревянному Егорьевску, увидим самый длинный в России дом с наличниками в Спас-Клепиках, узнаем о самой старой мечети Касимова… Ну и второй день собственно в Рязани. Там домики с наличниками — закачаешься! Полная программа у https://gluhoman-go.ru/ryazan0523. И есть несколько мест, возможно они ждут именно вас)
2. 26-го мая буду в Туле, в творческом пространстве «Девятка» с мастер-классом по сборке тульского наличника! В процессе сборки познакомимся и баечки потравим :) Места можно забронировать тут https://quicktickets.ru/tula-ocrk/s1305

PS На фотографиях — советские солнышки-окошки из нижегородских Гремячева и Ломовки.
Вообще деревянное зодчество советского периода сильно недооценено, мне кажется.